БЕЗ СНА И С МЫСЛЯМИ О СУИЦИДЕ

Казахстанки рассказали, как страдали от депрессии
Депрессия для многих ассоциируется с некоей блажью, которую можно пережить самостоятельно и с помощью нехитрых действий – больше работать, найти хобби или создать семью. Именно с такими стереотипами столкнулись две женщины, Молдир и Анна, которые пережили депрессию. Путь к их выздоровлению был долгим и продолжается до сих пор.
NUR.KZ в партнерстве с «Янссен», подразделением фармацевтических товаров Филиала ООО «Джонсон & Джонсон» в Казахстане, поговорили с Молдир и Анной об их нелегкой борьбе с депрессией.
Я ПОНИМАЛА, ЧТО СО МНОЙ ЧТО-ТО НЕ ТАК, И ПРОСИЛА О ПОМОЩИ
Я являюсь консультантом по грудному вскармливанию и фотографом, совмещаю две профессии. Моя семья – это двое детей 10 и 12 лет и мама. Сейчас мы живем вчетвером.

Симптомы депрессивного расстройства – упадок сил настроения – у меня появились 12 лет назад, когда я родила старшего сына. Со временем проблемы начали наслаиваться, а мое состояние – усугубляться. Я оказалась морально не готова к материнству – как правило, мы представляем себе картинку с розовыми пяточками сладко спящего малыша, но мой старший сын родился с синдромом дефицита внимания и гиперактивности, – это ураган и хаос.

Через два года я родила второго ребенка, который появился на свет раньше срока. К тому же на четвертом месяце беременности мне диагностировали идиопатическую тромбоцитопеническую пурпуру, которую лечили гормональными препаратами. Это тоже подействовало на мое эмоциональное состояние негативно.
«ХОТЕЛОСЬ «ВЫЙТИ В ОКНО»
После рождения малыша, мне приходилось управляться одной с двумя детьми. Муж приходил домой только вечером, иногда ездил в командировки. Помочь было больше некому. Тогда мне хотелось «выйти в окно», но останавливала любовь к мужу – я понимала, что в этом случае он останется с проблемами один на один.

Когда дети стали ходить в детсад, стало легче. Я смогла уделять время себе, записалась в тренажерный зал, который стал моей отдушиной и добавил мне физических сил. Но ненадолго – потом у детей началась школа.

Зал пришлось оставить, а «вишенкой на торте» стало развитие моего основного заболевания (у Анны есть хроническое заболевание, не связанное с ментальным здоровьем). Я попала в больницу и провела там полгода. Гормональная терапия не давала результатов, а из-за большой дозировки я просто лежала, не будучи в силах встать. Затем мне провели операцию по удалению селезенки.
«ПРОСИЛА МУЖА О ПОМОЩИ»

После выписки мое состояние не улучшалось, я постоянно лежала. Все это время я понимала, что со мной что-то не так и просила о помощи. Я просила мужа отвезти меня к психологу - он лишь одобрял это желание, но не предпринимал попыток помочь мне.

Супругу такое положение дел, в конце концов, надоело, и он меня бросил, заодно создав еще множество проблем. В довершение всего мои друзья разъехались в другие города и страны, а родных бывший муж старался настроить против меня. В результате меня довели до попытки суицида, благо, рядом оказалась подруга, которая приехала из Нур-Султана.

Она помогла мне госпитализироваться в Центр психического здоровья, где я и получила помощь. Мне подобрали медикаментозное лечение, стали практиковать психотерапию. Уже через несколько дней я почувствовала себя намного лучше, у меня появились силы.

Если ранее я была лежачей, то начав лечение, я стала вставать, могла заправить кровать и сходить в столовую. Это было достижением, и я думала о том, почему я не обратилась за помощью раньше. Если бы я сделала это 12 лет назад, все могло быть по-другому.
«ПРОСИЛА МУЖА О ПОМОЩИ»

После выписки мое состояние не улучшалось, я постоянно лежала. Все это время я понимала, что со мной что-то не так и просила о помощи. Я просила мужа отвезти меня к психологу - он лишь одобрял это желание, но не предпринимал попыток помочь мне.

Супругу такое положение дел, в конце концов, надоело, и он меня бросил, заодно создав еще множество проблем. В довершение всего мои друзья разъехались в другие города и страны, а родных бывший муж старался настроить против меня. В результате меня довели до попытки суицида, благо, рядом оказалась подруга, которая приехала из Нур-Султана.

Она помогла мне госпитализироваться в Центр психического здоровья, где я и получила помощь. Мне подобрали медикаментозное лечение, стали практиковать психотерапию. Уже через несколько дней я почувствовала себя намного лучше, у меня появились силы.

Если ранее я была лежачей, то начав лечение, я стала вставать, могла заправить кровать и сходить в столовую. Это было достижением, и я думала о том, почему я не обратилась за помощью раньше. Если бы я сделала это 12 лет назад, все могло быть по-другому.
«ВАЖНА ПОДДЕРЖКА БЛИЗКИХ»
Терапию я все еще продолжаю получать, уже полтора-два года. У меня случалось ухудшение состояния – однажды перед праздниками у меня закончились лекарства и не было рецепта врача, чтобы приобрести их.

Мне было сложно, я не могла спать, чувствовала тревогу и беспокойство. Как только начались рабочие будни, я побежала к доктору за рецептом и приобрела препараты. В целом, свое состояние сейчас я оцениваю на четверку, у меня исчезли суицидальные мысли.

Хочу отметить, что в терапии очень важна поддержка близких. Я ее получила только от подруги и снохи. В нашем обществе депрессия не воспринимается как болезнь. Кто-то считает, что это – банальная лень, и говорит, что нужно работать, найти хобби. Но, оказывается, дело не в настроении – это изменения в химическом составе крови - ни психологи, ни подруги тут не помогут. Нужен врач.
«НИКТО НЕ НАДЕНЕТ СМИРИТЕЛЬНУЮ РУБАШКУ»
Тем, кто, возможно, страдает от депрессивного расстройства сейчас, я хочу сказать – есть много стереотипов, что антидепрессанты имеют побочные эффекты, но на самом деле, есть препараты нового поколения, которые не дают значимых «побочек».

К тому же с депрессией никто не поставит вас на учет, не упрячет в «психушку», не наденет смирительную рубашку. Специалисты диагностируют состояние, подберут лечение и человеку станет намного легче. Помните, нужно помогать себе самому в первую очередь.
ОСТАНАВЛИВАЛАСЬ НА МОСТАХ И ДУМАЛА СПРЫГНУТЬ
Я – родом из Жаркента, но уже более 10 лет живу в Алматы и пять лет занимаюсь правозащитной деятельностью, а также журналистикой. Я не замужем и детей у меня нет.

Около пяти лет назад меня стали преследовать детские заблокированные воспоминания. Это привело к тому, что я могла вспылить, были моменты, когда я была дезориентирована, забывала принять пищу и даже не спала сутками. Благо, рядом была моя тетя, которая напоминала мне о необходимости поесть. Она же и обратила внимание на то, что эти симптомы могут быть признаками депрессии.

Я стала наблюдаться у психолога и проходила терапию. Улучшения были временными, после чего все симптомы возвращались. Я связывала такое состояние со своей правозащитной деятельностью – так как я работала с пострадавшими от изнасилования, то считала, что у меня появилось эмоциональное выгорание.
«ЕСЛИ СПРЫГНУ – ТАК БУДЕТ ЛУЧШЕ»
В прошлом году я переболела коронавирусом, после чего мое состояние еще больше усугубилось. Пропал сон, нарушилась способность общаться. Я вновь пошла к психологу и потратила на терапию три месяца, о чем сейчас жалею – нужно было сразу идти к психиатрам, специалистам, которые работают с депрессией. Я перестала выходить из дома, не общалась с людьми и была погружена в себя.

С окружающими у меня начались конфликты и ссоры, но я понимала, что по большей части я необъективна и обидчива. В декабре прошлого года мое состояние ухудшилось до такой степени, что я, напротив, стала активна физически и наматывала километры по городу, при этом часто останавливаясь на мостах.

Я думала о том, что будет, если я спрыгну, и считала, что так будет лучше. В этот момент мой друг забил тревогу и позвонил нашей общей подруге, которая взяла меня под контроль. Когда я уже была близка к суициду, она велела мне приехать к ней. Ночью, под Новый год, я села в такси и оказалась у нее дома. Мы допоздна пили чай и обсуждали мое состояние, а утром отправились в Центр психического здоровья.
«У МЕНЯ ЕСТЬ ПРОБЛЕМЫ И РЕШИТЬ ИХ МОЖЕТ СПЕЦИАЛИСТ»
Я пролежала там более двух недель. Первые дни я спала, потом стала приходить в себя, мне стало лучше. Когда мне озвучили мой диагноз «депрессия», мне стали понятны мои действия, я осознала, что они были вызваны моим состоянием, и я достаточно быстро приняла этот диагноз. Стало ясно – у меня есть проблемы и их может решить только специалист.

В моем случае тревожно-депрессивное расстройство проявляется как повышенная тревожность, постоянное беспокойство, постоянная зацикленность на каких-то вещах. Я создавала проблемы там, где их нет, что-то додумывала. Считала, что надвигается что-то плохое. Сейчас медикаменты стабилизируют мое состояние.

Однажды я решила, что уже можно заканчивать терапию, так как мое состояние улучшилось. Поговорив с врачом, я перестала принимать препараты, но через какое-то время у меня вновь появились трудности с засыпанием, изменения режима сна и так далее. Я стала вновь пить лекарства.
«У МЕНЯ ЕСТЬ ПРОБЛЕМЫ И РЕШИТЬ ИХ МОЖЕТ СПЕЦИАЛИСТ»
Я пролежала там более двух недель. Первые дни я спала, потом стала приходить в себя, мне стало лучше. Когда мне озвучили мой диагноз «депрессия», мне стали понятны мои действия, я осознала, что они были вызваны моим состоянием, и я достаточно быстро приняла этот диагноз. Стало ясно – у меня есть проблемы и их может решить только специалист.

В моем случае тревожно-депрессивное расстройство проявляется как повышенная тревожность, постоянное беспокойство, постоянная зацикленность на каких-то вещах. Я создавала проблемы там, где их нет, что-то додумывала. Считала, что надвигается что-то плохое. Сейчас медикаменты стабилизируют мое состояние.

Однажды я решила, что уже можно заканчивать терапию, так как мое состояние улучшилось. Поговорив с врачом, я перестала принимать препараты, но через какое-то время у меня вновь появились трудности с засыпанием, изменения режима сна и так далее. Я стала вновь пить лекарства.
«ЧЕЛОВЕК НУЖЕН САМОМУ СЕБЕ»
Немалую помощь мне оказали друзья и родственники. Однако родителям, которые живут в Жаркенте, я смогла сообщить о своей проблеме только после того, как мое состояние стабилизировалось. Я понимала, что для них нелегко принять то, что дочь находится в Центре психического здоровья.

Между тем, были в окружении и те, кто считал, что мне просто нужно выйти замуж, родить детей, чем-то заняться, чтобы перебороть депрессию. Я заметила много стереотипов о депрессии, когда столкнулась с этим. Я получала непрошенные советы, какие-то рекомендации. Но в итоге люди начинают понимать, что депрессия – это болезнь.

И я надеюсь, что другие, кто страдает от депрессивного расстройства, увидев мой пример, сами обратятся к психиатру. Не нужно бросать терапию, если сразу ничего не получается – нужно искать «своего» врача, а вместе с ним – свои методы лечения заболевания, включая, если нужно, и медикаменты. Больше всего человек нужен самому себе, о себе нужно заботиться.

Депрессия разрушает не только физическое состояние человека, но и социальную часть жизни. Только от каждого из нас все зависит – нужно идти к специалистам, придерживаться рекомендаций и прийти, наконец, к выздоровлению.

Отметим, что по данным ВОЗ, на сегодня депрессией страдает более 264 миллионов человек во всем мире. Эта болезнь является основной причиной инвалидизации и может привести к гибели человека.

МАТЕРИАЛ ПОДГОТОВЛЕН ПРИ ПОДДЕРЖКЕ
© ТОО "Интернет портал Нур", 2009-2021
Все права защищены